Тростник

Сидел рыбак весёлый

На берегу реки,

И перед ним по ветру

Качались тростники.

Сухой тростник он срезал

И скважины проткнул,

Один конец зажал он,

В другой конец подул.

И будто оживлённый,

Тростник заговорил-

То голос человека

И голос ветра был.

И пел тростник печально:

"Оставь, оставь меня!

Рыбак, рыбак прекрасный,

Терзаешь ты меня!

И я была девицей,

Красавица была,

У мачехи в темнице

Я некогда цвела,

И много слёз горючих

Невинно я лила,

И раннюю могилу

Безбожно я звала.

И был сынок любимец

У мачехи моей:

Обманывал красавиц,

Пугал честных людей.

И раз пошли под вечер

Мы на берег крутой-

Смотреть на сини волны,

На запад золотой.

Моей любви просил он,-

Любить я не могла,

И деньги мне дарил он,-

Я денег не брала,

Несчастную сгубил он,

Ударив в грудь ножом,

И здесь мой труп зарыл он

На берегу крутом.

И над моей могилой

Взошёл тростник большой,

И в нём живут печали

Души моей младой.

Рыбак, рыбак прекрасный,

Оставь же свой тростник.

Ты мне помочь не в силах,

А плакать не привык!"

The Rushes

A jolly fisherman sat

On the river bank,

And before him rushes

Rocked in the breeze.

He cut off a dry reed

And poked-out some holes,

On one side he squeezed,

And on the other he blew.

And, as if coming to life,

The reed spoke out --

In the voice of a [woman]

And in the voice of the wind.

And the reed sang sorrowfully:

"Leave me, leave me!

Fisherman, wonderful fisherman,

You're tormenting me!

I was a maiden,

A beauty was I,

In my step-mother's dungeon

I blossomed,

And many grief-laden tears

I innocently cried,

and to an early grave

I blasphemously called.

And there was a favorite son

Of my step-mother's:

He deceived young beauties,

And frightened honest people.

And once we walked near evening

On a steep bank --

To look on the dark-blue waves,

And on the golden horizon.

He asked for my love, --

But love I could not,

He offered me money, --

But I did not take it;

He killed unfortunate me,

Struck my chest with his knife,

And buried my corpse here

On this steep bank.

And over my grave

Grew a these rushes

And in them lives

My young soul's grief.

Fisherman, wonderful fisherman,

Leave your reed.

It's not in your power to help me

And you're not used to crying!"